Пожизненное содержание с иждивением. О проблемных моментах договора пожизненной ренты.
Максим Смородинов
председатель Самарской коллегии адвокатов
«Эгида», кандидат юридических наук
Комментируя статью, посвященную договору пожизненного содержания с иждивением, предусмотренному гл. 33 Гражданского кодекса РФ следует согласиться с ее автором в том, что, с одной стороны, даны договор является несомненно положительной конструкцией, позволяющей обеспечить гражданам, не способным самостоятельно осуществлять уход за собой в силу возраста или состояния здоровья, достойны условия существования. Однако, с другой стороны, на практике нередки случаи, когда использование соответствующих договорных отношений ведет к ущемлению и невозможности защиты прав граждан, являющихся получателями ренты, в силу их беспомощного состояния, а также отсутствия надлежащих, законодательно установленных гарантий.
Ключевым моментом, отличающим пожизненное содержание с иждивением от обычного договора ренты, является предусмотренное п. 1 ст. 602 ГК РФ условие о том, что обязанность плательщика ренты по предоставлению содержания с иждивением может включать обеспечение потребностей в жилище, питании и одежде, а если этого требует состояние здоровья гражданина, также и уход за ним. Вопрос состоит в том, каким образом добиться надлежащего исполнения условий договора по содержанию получателя ренты, являющегося социально уязвимой стороной договора? В силу п. 2 ст. 605 ГК РФ при существенном нарушении плательщиком ренты своих обязательств получатель ренты вправе потребовать возврата недвижимого имущества, переданного в обеспечение пожизненного содержания, либо выплаты ему выкупной цены на условиях, предусмотренных ГК РФ. Однако что можно считать существенным нарушением обязательств, возложенных на плательщика ренты, и насколько в силах сторона, не способная самостоятельно осуществлять уход за собой, доказать, что ее права были нарушены?
Правоприменительная практика, сложившаяся в соответствующей сфере показывает целесообразность максимально подробного изложения в договоре тех потребностей, которые должен обеспечивать плательщик ренты в силу заключенного договора. Так, например, в Апелляционном определении от 02.10.2012 г. по делу № 33-3321 Тверской областной суд пришел к выводу о нарушении плательщиком ренты договора пожизненного содержания с иждивением в части ухода и обеспечения горячим питанием получателя ренты 3 раза в день. Учитывая возраст, состояние здоровья, суд заключил, что данные нарушения условий договора являются существенными, поскольку получатель ренты нуждается в постоянном уходе. При этом следует учитывать, что требования получателя ренты были закреплены именно в таком виде в первоначально заключенном договоре пожизненного содержания с иждивением.
Положительной видится судебная практика, которая говорит о том, что лишь частичное исполнение обязательств, возложенных на получателя ренты, не является надлежащим исполнением договора. В Кассационном определении от 13.07.2010 г. Нижегородский областной суд пришел именно к такому выводу. Согласно материалам дела, между сторонами был заключен договор пожизненного содержания с иждивением, на плательщика ренты были возложены обязанности в виде обеспечения потребностей в жилище, осуществлении ухода во время болезни, обеспечения продуктами питания и одеждой, оплата ритуальных услуг. В рамках дела было доказано, что плательщик ренты
исполнял лишь одну из возложенных на него обязанностей, а именно осуществлял уход за получателем ренты во время болезни, что послужило основанием к признанию возложенных на него обязанностей исполненными не надлежащим образом.
В целом же круг норм, регламентирующих отношения по пожизненному содержанию с иждивением, далеко не всегда способен учесть права и законные интересы получателя ренты.
Так, ст. 603 ГК РФ закреплено, что договором пожизненного содержания с иждивением может быть предусмотрена возможность замены предоставления содержания с иждивением в натуре выплатой в течение жизни гражданина периодических платежей в деньгах. Однако об обязательном согласии получателя ренты на такую замену статья умалчивает. В связи с чем в очередной раз встает вопрос о том, насколько данная норма способна защитить права наиболее уязвимой стороны по договору пожизненного содержания с иждивением. Отметим, что на практике существуют соответствующие сложности, когда плательщик ренты ограничивает исполнение своих обязательств исключительно выплатой денежных средств, не осуществляя уход за получателем ренты. В Апелляционном определении от 12.07.2012 г. по делу № 11-12488 Московский городской суд, удовлетворяя исковые требования истца – получателя ренты, исходил из того, что истец имел заинтересованность в осуществлении за ней ухода, предоставление же денежного содержания не имело для истца существенного значения, а, как следствие, обязанности ответчика не могут быть признаны исполненными надлежащим образом.
В заключении хотелось бы обратить внимание на такую конструкцию, как право вещной выдачи, введение которой предусматривает Проект Федерального закона № 47538-6 «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую ГК РФ, а также отдельные законодательные акты РФ» (далее по тексту – Проект изменений ГК). Согласно ст. 305 Проекта изменений ГК, право вещной выдачи предоставляет его обладателю возможность периодически получать от собственника недвижимой вещи имущественное предоставление в форме товара, денег, работ или услуг в определенном размере (объеме), а в случае неполучения такого предоставления – правомочие распорядиться этой вещью путем обращения на нее взыскания в порядке, предусмотренном для ипотеки.
В связи с этим п. 1 ст. 305.2 Проекта изменений ГК устанавливает, что договором ренты или договором пожизненного содержания с иждивением может быть предусмотрено установление права вещной выдачи. Способно ли соответствующее установление каким-либо образом гарантировать права получателя ренты? С одной стороны, уже само понятие права вещной выдачи предусматривает возможность его обладателя, в случае неполучения имущественного предоставления, обратить взыскание на недвижимое имущество, однако следует обратить внимание на следующие нормы. В соответствии с п. 2 ст. 305.3 Проекта изменений ГК по общему правилу, если иное не предусмотрено договором, имущественное предоставление в пользу гражданина производится один раз в месяц; согласно п. 1 ст. 305.4 Проекта изменений ГК имущественное предоставление в денежной форме не может быть заменено на иную форму имущественного предоставления; согласно п. 2 ст. 305.4 Проекта изменений ГК размер (объем) имущественного предоставления может быть пересмотрен не чаще, чем один раз в десять лет.
Едва ли обозначенные положения способны надлежащим образом учесть права и законные интересы лиц, являющихся получателями ренты, а, как следствие, говорить о возможных положительных переменах в интересующем нас вопросе, к сожалению, не приходится.
Опубликовано в журнале "Жилищное право" №3/2013
